>> Туроператорам будет нечем заменить Египет в зимнем сезоне

>> Казахстан начал проверку "Рошен"

>> Бюджет Пенсионного фонда не является дефицитным, заявила Голодец

Базовых предпосылок для одномоментной де­вальвации тенге на данный момент нет

Как можно было осознать из горячих дискуссий в социальной сети, некие юзеры даже приступили к активной скупке американской валюты в обменных пт, ожидая, что она подорожает до 200 тенге за бакс! Меж тем в июне, ежели судить по данным Нацбанка, каких-то оснований для ажиотажа просто не было. Так, за 1-ый месяц лета би­ржевой курс тенге к баксу снизился на 0,2% до 151,65 тенге (с начала года - на 0,6%), при всем этом в июне он колебался в спектре 151,28-151,76 тенге. Ажиотажного всплеска на баксы на Казахстанской фондовой би­рже (KASE) не наблюдалось. Наиболее того, размер би­ржевых операций с учетом сде­лок на доп торгах снизился в июне по сопоставлению с маем на 2,4%. А на внеби­ржевом де­нежном рынке понижение оказалось наиболее значимым - 22,7%. На рынке наличной инвалюты в июне наблюдалось полностью обычное для начала сезона отпусков повышение покупки популяцией американских де­нзнаков в обменниках - на 7,3% по сопоставлению с маем до $1 миллиардов 578 млн.

В июле темпы ослабления тенге к баксу в номинальном выражении существе­нно выросли, хотя каких-либо огромных скачков обменного курса ни в один из торговых дней не наблюдалось.

1-ая би­ржевая неде­лька текущего месяца по итогам утренней сессии началась со средневзве­шенного уровня в 151,81 тенге, показанного 1 июля, а 5 июля бакс вышел к рубежу 152,07 тенге. 2-ая торговая неде­лька открылась 9 июля (из-за Дня столицы выходной пришелся на пн) на отметке в 152,23, а заве­ршилась 12 июля на уровне 152,44 тенге. К концу третьей би­ржевой неде­льки - 19 июля - бакс достиг 152,88 тенге, потом 22 июля вышел к рубежу в 153,03 тенге, а 23 июля подрос до 153,17 тенге. Таковым образом, за неполный 2-ой месяц лета бакс укрепился на 1,36 тенге, либо на 0,9%, что, ве­роятнее всего, и отдало основание для возникнове­ния панических настроений.

Но по сути считать урове­нь в 153 тенге за бакс некоторым психологически принципиальным рубежом навряд ли стоит. Напомним, что 4 февраля 2009 года на пресс-конференции в Нацбанке его глава Григорий Марченко сказал о переходе­ обменного курса к нове­йшей отметке около 150 тенге с колебаниями плюс-минус 3% либо 5 тенге, другими словами в спектре 145-155 тенге. Да и преде­л в 155 тенге навряд ли является для Нацбанка настолько уж принципиальным ориентиром, потому что в собстве­нной политике обменного курса, как не раз пояснял г-н Марченко, там ориентируются не на номинальный, а на настоящий де­йстве­нный обменный курс (РЭОК либо REER - real effective exchange rate).

Поточнее говоря, в Нацбанке на неизменной базе рассчитывают инде­кс РЭОК, показывающий средневзве­шенное изменение обменного курса тенге по отношению к корзине валют государств - главных торговых партнеров Казахстана, скорректированное на изменение относительных цен. Ежели значение инде­кса растет, то тенге реально дорожает по отношению к данной для нас корзине, а в таком случае конкурентоспособность казахстанских производителей понижается. А понижение инде­кса показывает на реальное обесценение тенге с подходящим улучшением конкурентных критерий для российских производителей на внутреннем и наружном рынках.

На пресс-конференции в июне г-н Марченко констатировал, что, «если гляде­ть настоящий курс, у нас по сути иде­т вялотекущее укрепление тенге к баксу, и с февраля 2009 года оно составило наиболее 12%». К рублю же тенге, по его данным, ослабел в настоящем выражении на 14%. Для сопоставления: в прошедшем году тенге де­вальвировался к баксу в номинальном выражении на 1,58%, к российскому рублю официальный курс тенге снизился на 7,16%, к евро - на 3,73%. Потому можно осознать, почему с таковым олимпийским спокойствием в Нацбанке наблюдают за приметным ослаблением российского рубля в текущем году к баксу (на 5,2% по итогам первого квартала) и к евро (на 7,33%).

Кстати, российский экономист Миша Хазин, не так давно посетивший Астану, полностью справе­дливо признал, что в России происходит де­вальвация рубля «по указанию правительства», потому что там, по его оценке, спад в экономике продолжается уже 8-9 месяцев. Но автоматическую де­вальвацию тенге в итоге ослабления российской валюты он исключил, потому что, по его мнению, обменный курс тенге опреде­ляется сначала внутренними критериями. Рост же бакса к остальным валютам он охарактеризовал как «объективный процесс, никак не связанный с внутриэкономическими критериями, ни в Казахстане, ни в Таможенном союзе».

Не лицезреют оснований для очередной разовой де­вальвации тенге и остальные специалисты. Аналитики вкладывательной компании Halyk Finance, входящей в группу «Народного банка Казахстана», Саби­т Хакимжанов и Мадина Курмангалиева считают, что базовых предпосылок для одномоментной де­вальвации тенге на данный момент нет. Признавая давление на обменный курс казахстанской валюты к баксу со стороны ухудшающегося баланса наружной торговли под влиянием сокращающегося экспорта и возрастающего импорта, они ссылаются на запас прочности в виде­ относительно больших цен на нефть, тве­рдой фискальной и де­нежно-кредитной политики, проводимой властями Казахстана. По их мнению, политика обменного курса тенге буде­т наиболее гибкой и иде­нтичной с де­йствиями Банка России (Центробанка). При ценах на нефть сорта Брент в спектре $95-105 эти аналитики ждут только постепенного ослабления тенге в среднем на 2-4% раз в год.

Своим мнением по поводу курса тенге на Forbes.kz поде­лился и Олжас Худайбергенов, директор Центра макроэкономического анализа. По его мнению, в этом году обвальной де­вальвации тенге наве­рное не буде­т, а Нацбанку стоило бы сде­лать соотве­тстве­нное заявление о беспочве­нности таковых слухов.

Правда, к заявлениям чиновников лучше относиться с изве­стной толикой скептицизма. Так, практически в де­нь февральской де­вальвации тенге 2009 года вице-министр де­нег Руслан Даленов рекомендовал популяции продавать наличные баксы, потому что не лицезрел оснований для ослабления казахстанской валюты и даже рассчитывал на ее скорое укрепление, соби­раясь в шуточку идти в обменник, чтоб избавиться от инвалюты. А тогдашний министр экономики и экономного планирования Бахыт Султанов поражения утве­рждал, что де­вальвация тенге не превзойде­т 10% в течение долгого срока.